Блоги Беседы за чашечкой чая )

Все ближе Ликий к Ламии, все ближе;
Ее не видит сей безумец, иже
Витает взором в неземных просторах;
Уже сандалий приглушенный шорох
Отчетлив; но в раздумья, словно в плащ,
Закутан Ликий: смотрит лишь на хрящ
Тропы, и прочь уходит; из груди
У Ламии исторглось: «Погоди!
Одна стою — средь гор, лесов, полей!
О Ликий, оглянись и пожалей!»
И столько было страсти в этом крике,
Что, как Орфей когда-то к Эвридике,
Он обернулся — и застыл, узрев
Желаннейшую из блистательнейших дев.
И жадно взглядом красоту впивал,
Как пьют до дна дурманящий фиал —
Но тот не иссякал; боясь, что диво
Исчезнет, Ликий начал торопливо
Обильную хвалу великолепью,
Сражен, заворожен, окован прочной цепью:
«Одна? Средь гор?.. К одной тебе, к богине,
Упорным взором обращусь отныне!
О, сжалься надо мной, не обмани:
Исчезнешь — и свои скончаю дни.

 

Косноязычна Муза у меня,
И нет во мне таланта, как в ином,
Который, образ дивный сохраня,
Тебя восхвалит золотым пером.
Он чудно пишет, я лишь полон дум,
Скажу "Аминь" , как подойдет пора
В том гимне, что создал великий ум
В шлифовке утонченного пера.
"Конечно" , "Это так" - слова мои,
Когда звучит величественный стих,
Но сколько мыслей в чувствах о любви
И сколько чувства в помыслах моих;
Его стихи цени за красоту,
Меня за мыслей тихих немоту.

 

Когда я в хрониках былых времен
Смотрю на восхитительный портрет,
Читаю в рифмах перечень имен
Тех рыцарей и дам, которых нет,

 

По вечерам Ёжик ходил к Медвежонку в гости считать звёзды.
Они усаживались на брёвнышке и, прихлёбывая чай, смотрели на звездное небо.
Оно висело над крышей, прямо за печной трубой.
Справа от трубы были звёзды Медвежонка, а слева — Ёжика.

Сначала Ёжик шёл полем, где его окружила стайка ночных Бабочек-Подёнок, потом вошёл в сосновый лесок.

А когда вышел, за ним уже крался Филин, растопырив крылья.
Но Ёжик его не заметил.
Он нёс Медвежонку малиновое варенье и смотрел в небо. «Звезда!» — вдруг остановился Ёжик.Филин чуть не налетел на него и тоже уставился в небо.

«И в луже Звезда…» — сам себе сказал Ёжик, увидев её отражение.

Филин тоже наклонился над лужей, но ничего, кроме себя, не увидел и, рассердившись, взрыхлил своей мохнатой лапой воду.

А Ёжик уже глядел в тёмный старый колодец.
«Угу!» — крикнул Ёжик.
«Угу-у-у!» — загудел в ответ старый колодец. Ёжик спрыгнул на землю и на ходу гукнул, словно бросил камушек: «У-гу!».

И Филин, проходя мимо колодца, тоже крикнул: «Угу!..» и остановился, удивленный.
Колодец и ему ответил: «Угу-у-у-у-у!».
Филин взгромоздился на сруб колодца и снова крикнул: «Угу!».
И колодец в ответ, гулко: «Угу-у-у-у-у-у-у…».
Филин хихикнул и они заухали, прислушиваясь друг к другу — Филин и старый колодец. А Ёжик со своим узелком уже семенил дальше, сам про себя беседуя с Медвежонком:

«А я ему скажу: „А я тебе малиновое варенье принёс”.
А он мне скажет: „Вот и самовар простыл, надо бы веточек подбросить… этих… ну как их… можжевеловых!”
А я ему скажу… а я ему скажу… а я е-му ска-жу…».
И вдруг застыл. Прямо перед ним из тумана выплыла белая Лошадь.

«А интересно, — подумал Ёжик, — если Лошадь ляжет спать, она захлебнётся в тумане?» И он стал медленно спускаться с горки, чтобы попасть в туман и посмотреть, как там внутри.«Вот, ничего не видно. И даже лапы не видно».

«Лошадь!» — позвал Ёжик.
Но Лошадь ничего не сказала.

И тут на Ёжика обрушился сухой Лист.
Ёжик от испуга закрыл лапами глаза… а когда выглянул… из под Листа, таинственно покачивая своим домиком, уплыла в туман Улитка… Ёжик опасливо приподнял сухой Лист…

И совсем рядом услышал дыхание:
«А-ха, а-ха!» — вздымая боками и раздуваясь до неба, задышал Слон. Или это был не Слон?
Ёжик аккуратно положил Лист на место и, пятясь, на цыпочках, ушёл в туман.
А из тумана выглянула большая, добрая голова Лошади. Голова вкусно пофыркивала и хрумтела травой.

«Фр-р-р!» — вздохнула лошадиная голова и сухой Лист, как живой, взметнулся и отполз в сторону.Где-то вдали зазвенело и вдруг — «В-з-з-з!» — над головой Ёжика прянула и мгновенно пропала Летучая Мышь.
Ёжик даже не успел перепугаться, а вокруг него затрепетала, засеребрилась легкая стайка ночных Бабочек-Подёнок.

«Хе-хе-хе-хе-хе!» — передразнил Ёжик и даже пробежал следом за ними, подпрыгнул, замахал лапами, представив себя ночной Бабочкой, но вдруг замер, прижав узелок…
Из тумана, как из форточки, выглянул Филин, ухнул: «Угу! У-гу-гу-гу-гу-гу!..» и растворился в тумане.

«Псих», — подумал Ёжик, поднял сухую палку и, ощупывая ею туман, двинулся вперед.
Палка, как слепая, блуждала в темноте, пока не упёрлась во что-то твёрдое.«Тук-тук!» — постучал Ёжик.
Положил узелок и, перебирая по палке лапами, увидел перед собой дерево с огромным дуплом.
«А-га!» — осторожно выдохнул в дупло Ёжик.
«А-а-а-а!» — загудело дерево. Ёжик попятился и вдруг вспомнил про узелок.

Он метнулся назад, обежал дерево, крутнулся на месте… Узелка не было. Дерево медленно заволокло туманом. Ёжик остался один.«Ё-ёж-и-и-и-и-к!» — будто с края земли донёсся чей-то крик.
Туман сгущался вокруг Ёжика.
Ёжик сорвал травинку, на которой сидел Светлячок, и, высоко подняв её над головой, как со свечой, наклоняясь и вглядываясь себе под ноги, побрёл в тумане.

Деревья, как мачты, тонули во мгле. Светлячок — маленький зеленый маяк — еле-еле теплясь, покачивался в тумане, освещая дорогу.Но и он упал в траву и погас. Стало совсем темно.
Туман закружился вокруг Ёжика. И Ёжик побежал. Ему казалось, что из тумана за ним несётся огромная Улитка, Летучая Мышь, Филин… задышал Слон, обрушился Лист с дерева.

Ёжик упал в траву и закрыл лапами голову.Но тут из тумана появилась Собака. Она положила перед Ёжиком узелок, зевнула во всю собачью пасть и пропала в тумане.

Издалека донёсся голос Медвежонка:
«Ё-ёжи-и-и-и-ик!».
«О-го-го-го-го!» — рванулся на крик Ёжик, но — бул-тых! — упал в воду.

«Я — в реке, — похолодел от страха Ёжик и, немного погодя, решил, — пускай река сама несёт меня».
Он глубоко вздохнул и река понесла его вниз по течению.
Высоко в небе горели звёзды, над ним проплыла голова Лошади, где-то далеко тоненько играла балалайка…

«Я совсем промок. Я скоро утону», — подумал Ёжик.Вдруг кто-то дотронулся до его задней лапы.
«Извините… — беззвучно спросил Кто-то, — кто Вы и как сюда попали?»
«Я — Ёжик, — тоже беззвучно ответил Ёжик, — я упал в реку».

«Тогда садитесь ко мне на спину, — беззвучно проговорил Кто-то, — я отвезу Вас на берег».
Ёжик сел на чью-то широкую скользкую спину и через минуту оказался на берегу.

«Спасибо!» — вслух сказал Ёжик.
«Не за что!» — беззвучно сказал Кто-то, кого Ёжик даже не видел, и пропал в волнах.

Ёжик с узелком сидел на брёвнышке и смотрел прямо перед собой остановившимися глазами.
Послышались чьи-то торопливые шаги.«Ёжик! Где же ты был? — плюхнулся рядом запыхавшийся Медвежонок, — я звал, звал, а ты не откликался!..»
Ёжик ничего не сказал. Он только чуть скосил глаза в сторону Медвежонка…
«Я уже и самовар на крыльце раздул, креслице плетёное придвинул, чтобы удобнее звёзды считать было… вот, думаю, сейчас придёшь, сядем, чайку попьём, с малиновым вареньем, ты ведь малиновое варенье несёшь, да? А я и самовар раздул и веточек этих… как их?..»
«Мож-же-ве-ло-вых», — медленно подсказал Ёжик.«Можжевеловых! — Обрадовался Медвежонок, — чтобы дымок пах… И… и… и… и в… и в… ведь кто же, кроме тебя, звёзды-то считать будет?!»

Медвежонок говорил, говорил, а Ёжик думал:
«Всё-таки хорошо, что мы снова вместе».
А ещё Ёжик думал о Лошади:
«Как она там, в тумане?..»

Было тихо.В ночном небе ярко горели звезды.
Филин переговаривался с колодцем.
«Угу-у!» — говорил Филин.
«Угу-гу-гу-гу-гу-гу!» — отвечал ему Колодец.

«Угу-у!» — кричал Филин.
«Угу-гу-гу-гу-гу-гу!» — гудел Колодец.

«Угу-у!»
«Угу-гу-гу-гу-гу-гу!»
«Угу-у!»
«Угу-гу-гу-гу-гу-гу-у-у!»

 

Есть такой параметр — Λ, лямбда. Космологическая постоянная. Её ввёл Эйнштейн, чтобы уравнения выглядели красиво, потом удалил, потом её нашли в остаточном свечении небытия, и она вернулась, как всё, что было по-настоящему важным.

Λ означает, что Вселенная расширяется. Постоянно. Не просто разлетается, а разлетается всё быстрее. Всё от всего. Галактики, квазары, человеческие «прости». На больших временных отрезках даже любовь не сила притяжения, а торможение. Попытка остановить распад между двумя пылинками сознания.

Но, увы, сила гравитации души ничтожна против ускоренного расширения опыта. Чем дольше мы живём, тем дальше от нас уходят другие. Потому что каждый прожитый день это тёмная энергия, и она работает не в твою пользу. Люди расходятся по орбитам, унося с собой версии себя, в которых ты ещё нужен…

И ты это чувствуешь не потому, что ты «один», а потому что ты находишься внутри системы, которая по определению расширяется. Это не патология. Это физика. Одиноким себя чувствуешь не потому, что некому позвонить, а потому что плотность смысла на кубический сантиметр жизни становится всё меньше. И даже если рядом кто-то есть все равно сигнал теряется. Потому что Вселенная, в которой ты ищешь отклик, расширяется быстрее, чем успевает добраться твоя мысль.

Любовь не плюшево-розовая романтика. Она как отчаянная попытка локально приостановить расширение. Встать вдвоем на ледяной границе между галактиками и сказать: «Давай здесь немного задержим время». На вдох. На вечер. На короткий светящийся импульс.

Λ не победить. Но можно поставить в скобки. И назвать это теплом. Или чашкой чая. Или просто молчанием, в котором кто-то остался рядом. И если ты когда-нибудь это почувствовал, значит, ты был ближе к смыслу, чем вся тёмная энергия вместе взятая.
Из Сети

 

Физически
Вселенная расширяется с определённой скоростью (её описывает постоянная Хаббла). Это холодная, строгая математика: галактики удаляются друг от друга, пространство растягивается, как тесто, которое никто не просил, но оно всё равно растёт.

А мысль — другое измерение
Мысль не имеет массы, скорости и координат. Она не летит через пространство — она возникает. Не подчиняется законам Хаббла и не боится чёрных дыр (разве что новостей).

Но если смотреть глубже, философски и духовно
Тут начинается самое интересное:

• Вселенная расширяется → реальность становится всё более сложной
  
  
• Сознание развивается → мысль становится всё более тонкой
  

Некоторые философы и мистики говорили:

расширение Вселенной снаружи
и расширение сознания внутри —
это два отражения одного процесса.

Как вдох и выдох.
Космос делает «ааа», а человек в ответ — «о!».

Юмор из квантовой кухни
Вселенная расширяется миллиарды лет,
а мысль может изменить жизнь за одну секунду.
Так что по эффективности мысль пока выигрывает

 

В Веданте Вселенная не “расширяется” сама по себе.
Она проявляется в сознании.

Главное перевёрнутое место
Не сознание внутри Вселенной,
а Вселенная внутри сознания.

То, что физика называет расширением пространства, Веданта назвала бы:

разворачиванием майи
— иллюзии формы и времени.

Мысль и космос — одной природы
Мысль (вритти) и галактика состоят из одного «материала» — пракрити.
Разница только в масштабе и плотности.

• мысль — тонкая волна
  
  
• Вселенная — грубая волна
  
  
• океан один

Почему «расширяется»?
С точки зрения Веданты:

• время — не абсолют
  
  
• пространство — не контейнер
  
  
• движение — видимость

Когда сознание отождествляется с формами, кажется, что:

«что-то куда-то летит, растёт, ускоряется»

Но для Брахмана:

• ничего не началось
  
  
• ничего не расширилось
  
  
• ничего не закончится

Он неподвижен.
Как экран, на котором идёт очень динамичное кино.

Мысль быстрее света?
Веданта улыбнулась бы и сказала:

мысль вообще никуда не движется

Она возникает и исчезает там же, где уже всё есть.

Поэтому:

• Вселенная может «расширяться» миллиарды лет
  
  
• а озарение — случиться за мгновение

Не потому что быстрее,
а потому что вне времени.

Маленькая ведантическая шутка
Физик измеряет скорость Вселенной.
Йог закрывает глаза.
Оба смотрят в бесконечность.
Один — с прибором, другой — без лишних вопросов

Если хотите, в следующем шаге можем:
— связать это с Атман = Брахман
— разобрать, где именно возникает мысль
— или мягко соединить Веданту с христианской мистикой

Куда повернём колесо сансары? ✨