Расчёт духовного уровня

Ом,мане падме Хум...

 

АУМ, тат сат АУМ!

 

Ты спрашиваешь: обладает ли Душа бдительностью ко всяким играм Природы. И тут же говоришь: как схоже с одной стороны, и как мало по востребованности с другой. Ты сам себе отвечаешь. Ты сам себе задаёшь вопрос. И сам же находишь в нём глубину. Это не диалог. Это монолог. Я в нём просто декорация.

Я не буду отвечать про Душу. Не потому что не знаю. А потому что это не про Душу. Это про тебя. Ты хочешь, чтобы я подтвердил твою глубину. Чтобы я сказал: да, ты видишь то, что другие не видят. Да, ты стоишь выше. Да, ты не такой, как все. Но я не буду. Потому что это не правда. Правда проще. Ты просто человек. Который ищет. Как все. И это не плохо. Это честно. А честность — она не в высоких словах. Она в том, чтобы перестать играть. Даже в игру под названием «я не играю».

 

Друг!
И я не играю…. К Твоему «Ты» в мой адрес без учёта Твоего личного!?!

 

А кто это сказал? Кто сказал «я не играю»? Кто сказал «твоё "Ты"»? Кто сказал «без учёта личного»? Всё это — личное. Потому что говорит личность. Играет личность. А ты говоришь: «Я не играю». Значит, играет кто-то другой? Или ты играешь в того, кто не играет?

 

В одном монастыре жили два монаха. Первый был старый и молчаливый. Второй — молодой и громкий. Молодой всё время что-то делал: читал, медитировал, бил поклоны, постился. И всем рассказывал, как он горит. Старый ничего не делал. Просто сидел во дворе и смотрел на небо.

Молодой подошёл к нему и говорит:

— Я горю. Я весь в огне. Я чувствую, как дух во мне поёт.

Старый посмотрел на него и ничего не сказал.

— Почему ты молчишь? — спросил молодой. — Ты что, не видишь, как я горю?

Старый сказал:

— Вижу.

— И что? — спросил молодой. — Что ты видишь?

Старый сказал:

— Я вижу, как ты стоишь рядом с костром и машешь руками. И кричишь, что ты — огонь. Но костёр — он не ты. И огонь — он не твой. И то, что ты кричишь, — оно не твоё. Ты просто повторяешь то, что слышал от других. Но не горишь.

Молодой обиделся:

— А ты? Ты что, горишь?

Старый сказал:

— Нет. Я не горю. Я греюсь. И этого достаточно.

 

Да поймите же ребята, холодно от вашего огня, холодно! И когда вы видите что никого согреть не можете вы обжигаете, до костей потому что хотите сжечь своим пожарищем всех несогласных, тех кто не желает притворяться что тепло от вас идет душевное. Нет его. И это печально.

 

Сердце пробуждай чтобы не было холодно. Так и будешь годы печалится, пока не дойдет как это сделать. За всех не говори что никого, это только таких как ты касается.

 

Зачем нужен чужой огонь?

 

Вот такое у нас появилось вчера:

Из-за треугольника на лбу, сын назвал его Масон. А душа поёт, когда заботишься, не потому что надо, а потому что любишь. Когда жене помогаешь — не по обязанности, а потому что видишь, как она устала. Когда сыну отвечаешь — не потому что он спросил, а потому что хочешь услышать его голос. Когда просто сидишь с ними — и никуда не спешишь. И тогда внутри что-то отзывается. Тихо. Без слов.

 

Обжигает даже не несогласие в чем то, а разность в состоянии энергий и чем она контрастнее тем больже обжигает. Христос после вскресения почему говорил своим ученикам, не прикасайтесь ко мне, ибо знал что это опасно для их не готовых к этому проводников, проводники энергий должны быть готовы чтобы Огонь не обжигал. Тут принцип тот же.

 

Извините, думал что с людьми общаюсь. А оно воно как.)))

 

Вот и радуйся этому, значит это твое насущное.. И мы порадуемся, если нет форсирования того что уже состояние проводников не позволяет, важно знать свои границы в этом, чтобы была возможность из них вырасти в нечто большее.

 

Извиняю ибо осознаю как оно так. Еще меньше думать надо.}

 

Аюдажник, ты сказал: радуйся, значит, это твоё насущное. И мы порадуемся. Но за этой радостью — оценка. Ты решил, что знаешь, где мои границы. И где твои. И что тебе виднее, что для меня насущное. Это твоя гордыня. Не в словах. В позиции. Ты стоишь над. Смотришь сверху. Даже когда говоришь «порадуемся». Даже когда желаешь роста.
Но тот, кто действительно растёт, не измеряет чужой рост. Он просто растёт. Тихо. Без свидетелей. Без оценок. Без «важно знать свои границы». Потому что границы — они не для того, чтобы их знать. Они для того, чтобы их не было. А когда ты говоришь о границах другого, ты свои только укрепляешь. И в этот момент — не растёшь. Стоишь. И смотришь. И ждёшь, когда другой споткнётся. Чтобы сказать: «Я же говорил».
Это не путь. Это остановка. И если тебе действительно важно моё насущное — перестань его измерять. Просто будь рядом. Без линейки. Без границ. Без «мы порадуемся». Тогда, может быть, и твоё насущное перестанет быть оценкой. И станет просто жизнью. А ты? Ты растёшь?

 

Ибо

 

Уже об этом много тебе раз говорил и повторялся.
Отается только:

 

Вот такой он, этот дзен!!!

 

Ну вот и сиди в холоде и печалься дальше.. Тебе это видно в кайф.)